Кропотливая и тяжелая работа над Ифигенией

Кропотливая и тяжелая работа над Ифигенией в Авлиде, над ее постановкой в Королевской академии музыки увенчалась триумфальным успехом, который возбудил самое живое обсуждение, постепенно разросшееся до размеров жаркой дискуссии, разделившей ее участников на три партии: сторонников французской лирической трагедии Люлли и Рамо, приверженцев итальянской оперы в лице ее крупнейших представителей (Йоммелли, Паизиелло, Пиччинни, Саккини) и, наконец, ценителей совершенно нового музыкально-драматического искусства Глюка. Об этом сообщают Мария-Антуанетта и Гримм. Впечатление от оперы было действительно сильным.

Следуя контракту, Глюк предъявляет вторую редакцию Орфея, сделанную с учетом французского вкуса, снабженную кратким предуведомлением, суммирующим задачи реформы оперы. Премьера Орфея еще более обострила политические распри. С каждой новой оперой страсти разгорались с новой силой, пока не достигли своей кульминации в событиях борьбы глюкистов и пиччиннистов, вспыхнувшей после приезда Пиччинни в Париж в 1776 году.

Начавшаяся после Ифигении в Авлиде как противоборство эстетических позиций, отражающих приверженность придворному искусству или искусству демократическому, эта война постепенно перерастала рамки открытого и честного диспута, превращаясь в повод для выяснения личных отношений между сторонниками политического союза Австрии (Мария-Антуанетта) и Франции (Людовик XVI) - с одной стороны, и его противников - с другой, между теми, кто видел в молодой королеве и ее чешском композиторе опасное усиление австрийского влияния во Франции, и теми, кто видел в этом союзе благо для французской нации.

Отлично разбирающийся в придворных интригах, хорошо осведомленный об истинных причинах ожесточенной схватки, в которую он был вовлечен, Глюк все же не прекращал борьбы, желая довести до конца начатое дело и показать величие своего искусства и силу своего характера. Глюк вступил в противоборство с исключительно сильными противниками, среди которых оказались мадам дю Барри (недавняя фаворитка Людовика XV), неаполитанский посланник в Париже Д. Караччоли, а также два блестящих литератора, либреттиста и критика - Ж.-Ф. Мармонтель и Ж.-Ф. Лагарп.

Отстаивая художественный идеал придворной музыкальной сцены, акцентирующей изысканное, зрелищное начало, Мармонтель упрекает Глюка в чрезмерном натурализме. К нам прибыл, говорит он, в предшествии своей славы чешский жонглер. Он заставил Ахилла и Агамемнона мычать, Клитемнестру рычать, неутомимый оркестр храпеть на все лады. Угол короля, где постоянно спали, услышал эти дикие крики, партер также проснулся от долгого сна, и великий шум был сочтен признаком искусства великого человека. У него было немало искренних сторонников, которые не в состоянии были преодолеть привычку наслаждаться искусством, которые привыкли к легким и естественным модуляциям к ясной во всех случаях гармонии к изящным и отчетливым рисункам музыкальных периодов, секретом которых итальянцы владеют (Мармонтель). Музыка Глюка, пишет маркиза Деффан к Вольтеру, ни французская, ни итальянская. Я сомневаюсь, чтобы ученые оную от чистого сердца хвалили, а для таких невежд, как я, музыка сия лишь кавардак, то шумный, то плоский и всегда скучный. Когда сравнивают Ифигению и Эвридику с Армидой (Люлли) и „Кастором (Рамо), то кровавыми слезами плачешь о потере вкуса. И господин Вольтер сей перемене рукоплещет! Что вас к сему побуждает? Вы не искренни, вы защитником вкуса должны быть, а вы поддерживаете тех, кто оный разрушает!.

Крики горести - одно из средств г. Глюка... Сие аффектированное передразнивание природы очень отличается от искусства, основанного на приукрашенном подражании, которое должно нравиться сходством. Я вовсе не хочу слышать криков страдающего человека. От искусства музыканта я жду печальных, но не неприятных акцентов.

Ответы Глюка и его сторонников не задерживаются ни на минуту. В манере, которая своей стилистически безупречной иронией полностью соответствует галантно-ядовитому стилю Мармонтеля и Лагарпа, Глюк сажает в лужу лагарповскую боязнь открытого выражения в музыке человеческих переживаний и попутно высмеивает полную некомпетентность своих оппонентов в области музыкального искусства.

карта сайта